Управление федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Центральному федеральному округу (далее – Управление) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с требованием о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Ди Эл Би Ай» (далее - ООО «Ди Эл Би Ай») к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 13.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) на основании протокола об административном правонарушении от 4 июня 2025 года № АП-77/09/685. Решением Арбитражного суда города Москвы от 10 декабря 2025 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 апреля 2026 года в удовлетворении требований отказано. Не согласившись с указанными решением и постановлением Управление обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить оспариваемые судебные акты и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Судебное заседание проведено с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) при участии представителя ООО «Ди Эл Би Ай». Представитель Управления в судебном заседании настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по изложенным в ней доводам. Представитель ООО «Ди Эл Би Ай» возражал против удовлетворения кассационной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на нее, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, явившихся в суд кассационной инстанции, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых решения и постановления, в связи со следующим. Как следует из установленных судами фактических обстоятельств, ООО «Ди Эл Би Ай» вменено нарушение требований части 1 статьи 6 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – Закон о персональных данных), в связи с чем 4 июня 2025 года составлен протокол № АП-77/09/685 об административном правонарушении по части 1 статьи 13.11 КоАП РФ. В протоколе об административном правонарушении указано, что Управлением в целях реализации полномочий по защите прав субъектов персональных данных проведен мониторинг сети «Интернет», сайт по адресу https//dlbi.r, на котором выявлен факт функционирования автоматизированного сервиса мониторинга утечек персональных данных, содержащихся в базах данных, неправомерно распространяемых в неограниченном доступе. На указанном сайте реализован функционал по сбору и предоставлению по запросу пользователей Сайта персональных данных, содержащихся в базах данных, неправомерно распространяемых в сети «Интернет», в том числе в информационном сегменте DarkNet сети «Интернет». При этом на Сайте отсутствует информация о правовых основаниях обработки персональных данных. ООО «Ди Эл Би Ай» является владельцем указанного сервиса. ООО «Ди Эл Би Ай» является оператором, осуществляет обработку персональных данных и, как следствие, обязано соблюдать требования Закона о персональных данных, в том числе в части обеспечения правовых оснований обработки персональных данных случаи, при которых допускается обработка персональных данных субъекта, закреплены в части 1 статьи 6 Закона о персональных данных, в частности, обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных. Вместе с тем, ООО «Ди Эл Би Ай» наличие соответствующих правовых оснований обработки персональных данных, содержащихся в базах данных, неправомерно распространяемых в сети «Интернет», в адрес Управления не представлено. С целью привлечения ООО «Ди Эл Би Ай» к административной ответственности, Управление обратилось с рассматриваемым заявлением в суд. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, руководствуясь положениями КоАП РФ, Закона о персональных данных исходили из отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку в действиях ООО «Ди Эл Би Ай» отсутствует событие и состав вменяемого административного правонарушения. Выводы судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам соответствуют. Частью 1 статьи 13.11 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение законодательства Российской Федерации в области персональных данных, в частности, при обработке персональных данных в случаях, не предусмотренных законодательством Российской Федерации в области персональных данных, либо обработке, несовместимой с целями сбора персональных данных, за исключением случаев, предусмотренных части 2 данной статьи и статьи 17.13 КоАП РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния. При рассмотрении дела данной категории в полномочия суда не входит установление признаков состава административного правонарушения, а проверяется правильность установления этих признаков, при этом, суд не может подменять административный орган в вопросе доказанности наличия вины в действиях лица, привлекаемого к административной ответственности, а исходит из того, что эти обстоятельства подлежат установлению административным органом. Отношения, связанные с обработкой персональных данных, регулируются Законом о персональных данных. Согласно пункту 1 статьи 3 Закона о персональных данных персональными данными является любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных). Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (пункт 3 статьи 3 Закона о персональных данных). Обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено Федеральным законом (пункт 1 части 1 статьи 6 Закона о персональных данных). Оператор вправе поручить обработку персональных данных другому лицу с согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено Федеральным законом, на основании заключаемого с этим лицом договора, в том числе государственного или муниципального контракта, либо путем принятия государственным или муниципальным органом соответствующего акта (поручение оператора). Статьей 7 Закона о персональных данных предусмотрено, что операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено Федеральным законом. Согласие субъекта на обработку его персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным (часть 1 статьи 9 Закона о персональных данных). Обязанность доказать наличие такого согласия или обстоятельств, в силу которых такое согласие не требуется, возлагается на оператора (часть 3 статьи 9 Закона о персональных данных). Согласие должно содержать перечень действий с персональными данными, общее описание используемых оператором способов обработки персональных данных (пункт 7 части 4 статьи 9 Закона о персональных данных). В соответствии со статьей 17 Закона о персональных данных субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и компенсацию морального вреда в судебном порядке. Из системного толкования приведенных норм следует, что сбор, обработка, передача, распространение персональных данных возможны только с согласия субъекта персональных данных, при этом согласие должно быть конкретным. Под персональными данными понимается любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу. Вина юридического лица проявляется в виновном действии (бездействии) соответствующих физических лиц, действующих от его имени и допустивших правонарушение. При этом, поскольку административное правонарушение как факт реальной действительности представляет собой единство субъективных и объективных элементов, по фактическим обстоятельствам, установленным на основе исследования и оценки доказательств и отражающим характер и степень опасности нарушения, его последствия, можно определить и характеристики вины нарушителя, в том числе юридического лица. Для решения вопроса о привлечении общества к административной ответственности подлежат установлению и доказыванию все элементы состава административного правонарушения, в том числе субъективная сторона правонарушения, как это предусмотрено положениями главы 29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Судами установлено, что функционал автоматизированного сервиса мониторинга утечек не доступен на веб-сайте ООО «Ди Эл Би Ай», который носит исключительно информационно-аналитический характер: описание услуг ООО «Ди Эл Би Ай», аналитические статьи, рекомендации по обеспечению защиты своих данных при использовании информационно-телекоммуникационных сетей. Суды указали, что административным органом неверно интерпретирована сама цель существования сервиса, представив его в качестве программы для ЭВМ, предоставляющей персональные данные, в то время как реальная его цель - это сообщение его пользователям о фактах потенциальных утечек любых их данных. Судами обоснованно указано, что функционал сервиса ООО «Ди Эл Би Ай» не доступен на веб-сайте, зафиксированном административным органом, который носит исключительно информационный характер. При этом «Положение о конфиденциальности», размещенное на веб-сайте общества по адресу: https://dlbi.ru/privacy-policy и зафиксированное административным органом на скриншотах, относится именно к посетителям веб-сайта, а не к тем данным, которые обрабатываются сервисом, что прямо следует из текста «Положения о конфиденциальности». Судами сделан мотивированный вывод о том, что административным органом необоснованно объединены обстоятельства обработки персональных данных в отношении посетителей веб-сайта ООО «Ди Эл Би Ай» и пользователей сервиса, и обстоятельства обработки данных тем сервисом, которым пользуются посетители веб-сайта. Довод административного органа о том, что сам факт наличия политики конфиденциальности («Положения о конфиденциальности») на веб-сайте ООО «Ди Эл Би Ай» не противоречит тому, что сервис на обрабатывает какие-либо персональные данные, и что в своем ответе на запрос административного органа о предоставлении информации ООО «Ди Эл Би Ай» указано о том, что не обрабатывает персональные данные именно в рамках сервиса. Судами установлено, что на веб-сайте не имеется сведений о том, что ООО «Ди Эл Би Ай» осуществляет мониторинг именно персональных данных. Сведения, которые размещены на веб-сайте, свидетельствуют лишь о мониторинге данных в целом, которые не подпадают под определение «персональных данных» по смыслу пункта 1 статьи 3 Закона о персональных данных. Суды пришли к верному выводу о том, что принципы функционирования автоматизированного сервиса ООО «Ди Эл Би Ай», являющегося программой для ЭВМ «сервис по мониторингу утечек данных DLBI - Data Leakage & Breach Intelligence)) не подразумевают под собой обработку, распространение, предоставление либо блокирование, уничтожение либо обезличивание, а также трансграничную передачу именно персональных данных по смыслу пунктов 1, 1.1, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 11 статьи 3 Закона о персональных данных. В качестве приложения к заявлению административным органом указаны скриншоты тех статей, которые опубликованы на веб-сайте ООО «Ди Эл Би Ай» в разделе «блог» автор А. Оганесян, и содержат сведения о самых крупных утечках за 2024 год; о самых популярных паролях; о самых популярных почтовых сервисах; и о самых популярных логинах для авторизации, вместе с тем, суды пришли к верному выводу о том, что указанные статьи не свидетельствуют об обработке персональных данных. Суды указали, что необходимым квалифицирующим признаком в целях установления, осуществлялась им обработка персональных данных при подготовке и публикации вышеуказанных статей, или не осуществлялась - является способность данных, которые были опубликованы, определить конкретное лицо (субъекта персональных данных). Суды пришли к верному выводу о том, что в данном случае скриншоты не свидетельствуют о том, что обществом обработаны и опубликованы данные, позволяющие определить конкретное лицо. Вопреки доводам Управления о том, что спорный сервис (программа для ЭВМ) используется для поиска данных в публикуемых сведениях об утечках, а также в агрегатированных массивах учетных записей, следовательно, такие действия предполагают обработку персональных данных, суды пришли к верному выводу о том, что отсутствует причинно-следственная связь - между поиском данных и обработкой персональных данных. Иные доводы кассационной жалобы получили надлежащую оценку со стороны судов первой и апелляционной инстанций, с которой суд округа согласен. Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии в действиях ООО «Ди Эл Би Ай» события и состава вменяемого административного правонарушения, поскольку ООО «Ди Эл Би Ай» является оператором, (применительно к посетителям веб-сайта и пользователям его сервиса), сервис персональные данные не обрабатывает. Несогласие Управления с принятыми судебными актами не опровергает выводы судов об обстоятельствах дела и о применении норм материального права, основанные на полном и всестороннем исследовании представленных сторонами доказательств, в связи с чем не может служить основанием для отмены обжалуемых решения и постановления. Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениям и статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов в любом случае, по делу не установлено. С учетом изложенного, судебные акты являются законными и обоснованными, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд ПОСТАНОВИЛ: Решение Арбитражного суда города Москвы от 10 декабря 2025 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 апреля 2026 года по делу № А40-201075/2025 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. Председательствующий-судья Р.Р. Латыпова Судьи О.В. Анисимова Ю.С. Петропавловская